фа
Осенний
Мы просыпаемся на берегу моря. Ночь, волны бушуют, на губах привкус соли. Ммм... А неплохо. Во всяком случае получше, чем предыдущие. У кого-то сверху явно прогрессирует чувство симпатии ко мне и моей подруге по кошмарам. Одежда мокрая и грязная, порванная в нескольких местах. В сапоге огромный нож. На ноге рядом с ним свежие порезы. Не густо. Любимой потехи: револьвера и "патрона про запас" - в этот раз не оказалось. Поднимаюсь, что-то покалывает в боку. Ноги сводит, голова кружится. Снова сажусь на песок. Почти падаю. Солёный воздух отдаёт кислятиной, раздирает горло. Глаза слезятся. Отворачиваюсь от моя и замираю. Весь берег усыпан исполинскими нагромождениями деревянных каркасов. Разбитые корабли, тысячи, может быть даже десятки разбитых кораблей. Страшно даже подумать, какая сила смогла взгромоздить эти старинные суда друг на друга. Фрегаты, баркинтины, бриги, шхуны, каравеллы - здесь все времена и все эпохи. Куски парусины развиваются на ветру, щебечут якорные цепи, слегка попахивает гнилью. Их так много, что создаётся впечатление, будто я в помещении. А море за спиной - писанная маслом картина. Бесконечная бурая масса, тянущаяся вдоль всего берега, скрывает собой небо. Здесь только две дороги. Можно утонуть прямо сейчас. А можно войти внутрь этого гнилого массива с рыбацким ножом наперевес. Ах да. Нож... Огромное лезвие длинной в целый фут, с каким-то текстом и зазубринами. Таким не режут. Таким раздирают на куски. И это плохо. Все эти существа, с которыми мы сталкиваемся должны умирать быстро. В противном случае лучше бежать. Хотя смысл? Ладно, посмотрим, что там у нас. Постепенно поднимаюсь на ноги и делаю вялые шаги по направлению к корабельному месиву.
- Эй, дружище! - кричу я ночному небу, затянутому сплошными тучами, - Ты собрался напугать меня этим?

В ответ на лицо падают несколько капель предстоящего дождя. Я засмеялся. Хотя на самом деле он прав, тут действительно жутко. И мне совсем не смешно. Шаг, ещё шаг - запах гнили становится всё отчетливее. Неосознанно морщусь. Дерево так не пахнет. Это органика. Ну конечно! Куда делись экипажи всех этих посудин? Никуда. Они все здесь. Суда по запаху, совсем рядом. Поудобнее перехватываю рукоять своего единственного оружия.

Крик. Откуда-то сбоку доносится чей-то крик. Вот оно. Началось. Я совсем забыл про Эмию, она ведь тоже где-то здесь. И скорее всего уже в курсе происходящего. Я не разобрал, чей именно звучал голос, но ноги срывают меня с места и я бегу. Вдоль берега, постепенно приближаясь к нагромождениям, откуда донёсся крик. Где-то сзади слышен громкий хруст дерева. За мной уже пришли. Замечаю, что дождь уже льёт во всю и видимость заметно ухудшилась. Внезапно в корабельной стене появляется огромный проём. Словно, кто-то любезно проделал парадный вход для случайных прохожих. Вход подсвечивается чем-то ярким и мутным. Что же, приглашение принято. Странно, но усталость проходит. Наверное, страх придаёт сил. Почему-то не хочется умирать. Хотя это и не правильно.

Источником освещения оказалась небольшая керосиновая лампа. Если бы не какая-то возня позади, я бы задрал подбородок к верху и в голос обвинил бы моего мучителя в халтуре. Слишком уж всё искусственно. Или я просто привыкаю. А тем временем дождь усиливался. Как по команде, в бешенство пришла и водная гладь. Волны разбрасывали прибрежный песок с таким неистовством, что приходилось прикрывать рукой глаза. Крик повторяется. Крик повторяется. На этот раз я уже могу разобрать, кому конкретно он принадлежит. Не_человеку. Ай да Эмия! Затем раздаётся хлопок и очередной вопль. У неё оружие. Это хорошо. Значит, на этот раз в роли жертвы я. Только это значит... В горле застревает что-то тяжёлое. Бежать! Бежать, не оборачиваясь! До воды уже слишком далеко, а до прохода в несколько человеческих ростов рукой подать. Косой взгляд на небо: "Ах ты, ублюдок..."

Эти ребята сзади разделают меня, как индейку и выставят на показ Эмии. Как-то сами собой вспомнились сцены катакомб. Где мне довелось полюбоваться на их талант обезображивать человеческие тела. После той ночи Люсия сошла с ума. По-настоящему. Снаружи гремит гром. Что-то вроде "ну как? всё ещё смешно?" Лампа плохо освещает руины вокруг. Я ошибся - это худшее из мест, где мне когда-либо довелось побывать. Гниль опьяняет. Она наполняет лёгкие, заставляя их сжиматься в судорожном кашле. Я задыхаюсь. Матовый свет слабо освещает мокрые, покрытые слизью и водорослями доски, реи, мачты, штоки и прочую дребедень. Всё это напоминает спички, которые высыпали из коробка в стакан виски со льдом и хорошенько перемешали миксером. И теперь всё это безобразно торчит, образуя стены коридору, которым я бегу. Бегу во весь дух, как не бегал ещё никогда. Ноги тяжелеют. Я чувствую, как кровоточит каждый порез от ножа, который так небрежно был засунут мне в сапог. В "стенах" виднеются довольно большие проёмы, куда можно было бы пролезть. Бежать по просторному коридору глупо. Я - иголка в стогу сена. Меня должно быть сложно найти. Мои философские рассуждения резко обрываются, когда коридор выводит меня в огромное помещение. Это корпус одного из кораблей. Каким-то чудом он уцелел и теперь, по-видимому, играет роль местного дворца. Прислушиваюсь: то ли мои преследователи отстали, то ли меня специально заманили на это судно - слух режет абсолютная тишина. Почему-то верить первой догадке не получается. Я бежал по дорожке из жёлтого кирпича и, сам того не желая, оказался в самом центре. Чёрт.

Блуждания по бесчисленным трюмам не привели ни к чему, кроме того, что я окончательно заблудился. Ни одно живой или хотя бы мёртвой души, кроме мёртвых крыс, бочки с протухшей водой, сгнившая еда, отсыревший порох, выцветшие письма, мятые газеты, какие-то снасти, столовые принадлежности... Ровным счётом ничего ценного и интересного. Разве что зарубки на дверном пролёте одной из кают. Похоже, что кто-то считал время, проведённое тут. Сам проём сломан, замок высажен, т.е. дверь сломали. Сломали снаружи. Не знаю, сколько прошло времени. Никто не торопится делать из меня кричащий экспонат или банально - убивать. Я не знаю, сколько ещё до рассвета и уже более-менее привык к местному воздуху. Кое-где удалось найти бинты и перевязать ногу. Также был найден пожарный топор, но после коротких раздумий было решено оставить при себе нож. Меня уже начинал донимать голод, как внезапно я наткнулся на лестницу вверх. Приятный сюрприз. Поднявшись передо мной открылась огромная палуба с кучей разбросанных столиков и стульчиков, битой посуды и парадной одежды. Высокий потолок был выложен стеклянной мозаикой, которая, как это ни странно, прекрасно сохранилось. На ней вырисовывалась какая-то картина церковной тематики. Пройдя немного вперёд, на небольшой сцене я обнаружил тело мёртвой девушки. Это была Эмия, рядом лежало охотничье ружьё и сумка. Живот Эмии был разодран, сама она лежала в луже собственной крови с на нём вздулось из-за набежавшей под него кровью. На лбу какая-то надпись чёрной тушью. Не хватает только словарика, чтобы перевести её на человеческий язык. Опоздал...
...

Хороша картина. Мы с Эмией курим, погребённые заживо под обломками разбитых кораблей. Пол под нами ходит ходуном, какие-то голоса и вопли сперва не давали мне покоя, но теперь я привык. В нескольких местах сцены хрустят доски. Моё присутствие они чувствуют, но почему-то не нападают. Я нашёл в сумке Эмии сигареты, патроны и дорогую помаду. Странное сочетание. Не придумав ничего лучше, исписал пол на сцене символами с её лба помадой и закурил. Ружьё на коленях, несчастная Эмия рядом. Почему-то они не могут проломать сцену. Не смотря на то, что проход, которым я сюда попал - их рук дело. Сломать пару досок, исписанных помадой, им не по силам. Что ж, спасибо за подсказку. На всякий случай на проверил, хватит ли мне длины рук, чтобы вставить ствол в рот и нажать на курок. Оказалось, что ружьё как на заказ выполнено. Наверное, других целей у него и нет. Патроны посчитаны, один отложен. Всё, как обычно. Можете начинать. Словно дождавшись моего позволения, одна из досок поддаётся напору и разлетается щепками по сцене. За ней другая. Как это не прискорбно, но нож мне сегодня, похоже, не пригодится. Но вот, что странно... Ведь всё повторится снова. Возможно, мне не стоило убегать? Эмия умерла. Я не успел? А пытался ли? Гнусное шипение раздаётся совсем рядом. Вскидываю ружьё и стреляю на звук. У меня ещё будет время поразмыслить над этим. Почему-то всё ещё не хочется умирать.

@настроение: голова.... мм... болит